Спецоперация на Украине получила огромную поддержку по всей России. Рейтинг президента Владимира Путина с начала спецоперации вырос почти на 20% (и это по данным «Левада-Центра», который признан иноагентом в РФ. – Л.В.) по сравнению с декабрем 2021 года. Россия болеет за Донбасс, за украинский народ, который стал заложником неофашизма и политических игр на международной арене со стороны, прежде всего, США и Европы.
Каждый день мы читаем сводки из Украины, с передовой и тыла, с освобождённых территорий. Часто кадры видеосъёмок заставляют цепенеть от ужаса политики киевского режима или восхищаться доблестью ополченцев, Росгвардии и волонтёров. Как только освобождается тот или другой населённый пункт, нужна помощь в возвращении к нормальной жизни. Крупнейшая в истории антитеррористическая спецоперация в силу известных обстоятельств затягивается, но идёт по плану. А в России тем временем набирает силу добровольческое движение.
Думаю, может, и не всех, но большинство людей в нашей стране не просто сопереживают происходящим событиям, а готовы и выносить тяготы, связанные с санкциями, и помогать и поддерживать тех, кто на передовой, и тех, кто вынужден скрываться по подвалам в Мариуполе. Делать, что могут!
На прошлой неделе ко мне приехал бывший ученик (в своё время я работала учителем в школе), с которым состоялся, понятно, разговор о нынешней ситуации. В итоге разговор перерос в интервью. Я сознательно не даю имя и фамилию, надеюсь, все понимают, почему. Вот оно:
«Я ПОТОМ ВЕРНУСЬ К МИРНОЙ ЖИЗНИ, КОТОРУЮ Я ТАК ЛЮБЛЮ!»
«В 2011-2012 годах я проходил срочную службу в рядах Вооружённых сил РФ, в звании рядового, 6 последних месяцев службы я провёл в военном госпитале в одном из подмосковных городов. Работал медбратом в кардиологическом отделении. В 2014 году закончил медицинский колледж. В данный момент работаю в сфере медицины, занимаюсь разработкой препаратов.
Ещё в 2014 году, когда начались известные события на Украине, я уже хотел поехать в качестве добровольца, но обстоятельства сложились так, что уехать мне не удалось.
В соцсетях в то время появилось очень много групп, которые сопереживали жителям Донецка, Луганска, Донбасса в целом. Я вступил во многие из них. Там постоянно освещались события, преступления неонацистов, показывали убитых детей, женщин, стариков, как над ними издевались. И я всё больше убеждался в том, что если я могу чем-то помочь, то я просто должен это сделать!
И вот в марте этого года, после того, как президент России Владимир Путин согласился с идеей привлечения добровольцев на Украину, я поехал в военкомат по месту приписки. Спросил, как можно поехать на Донбасс, чтобы участвовать в спецоперации. Мне объяснили, что есть два пути: один – по контракту, но его подписывают только с теми, кто имеет звание сержанта и выше, а я – рядовой. Другой путь – пойти добровольцем. Мне дали контакт в «Единой России», которая собирает добровольцев, работает с ними и отправляет на Украину.
В ЕР мне объяснили, что в первую очередь нужны высококвалифицированные медики, прежде всего врачи, поскольку это очень актуально сейчас. Там взяли мои данные, но, когда до меня дойдёт очередь, я не знал. Ведь моя квалификация – медбрат.
Я снова стал искать путь через группы в соцсетях, поскольку так могу попасть добровольцем скорее, даже не имея высоких специальных навыков: достаточно иметь базовые знания по той же медицине, при этом, конечно же, иметь диплом и уметь реально оказывать медицинскую помощь на месте.
Когда меня спрашивают – знакомые, друзья – зачем и почему я это делаю, я отвечаю, что это – мой выбор. Я воспитан патриотично – семьёй, школой, на классических военных фильмах. 9 мая – для меня самый священный праздник, как и для любого нормального россиянина – не важно, русский он, белорус или украинец, азербайджанец или грузин.
Когда в 2014 году я увидел, что происходит на Украине, что там переименовывают проспекты, стирая из памяти, например, четырежды Героя Советского Союза, маршала Победы Георгия Константиновича Жукова, а также называют проспект именем Степана Бандеры (запрещён в РФ) вместо Московского в Киеве, человека, который возглавлял Украинскую повстанческую армию (запрещена в РФ), ответственную за Бабий Яр, за Львовский погром и многое-многое другое, то я воспринял это как дикость. Получается, что на Украине позабыли своих предков, подвиг солдат в годы Великой Отечественной войны в борьбе за освобождение от фашизма. Спокойно на это смотреть я не могу! Вообще не могу никак!
Я вижу, что Донбасс подвергается нападению неофашистов. За что? За то, что люди там хотят говорить на русском языке? За то, что чтят и будут чтить подвиг своих прадедов? За то, что они понимают, какой ценой в годы войны наши предки отстояли великую Победу над фашизмом? И когда к ним приходит профессиональная армия с реактивными самолётами, с реактивной артиллерией убивать за это, то я считаю, это не просто не нормально, это – дикость! Когда говорят «москаляку на гиляку, москаляку на ножи» – это не нормально! Это – дикость для современного общества в целом!
А, между прочим, мало кто знает, а уж неонацисты точно даже не задумываются, что выражение: «москаляку на гіляку» оказалось частью вырванного из контекста четверостишья, написанного одним украинским иммигрантом. И звучит это так: «На словя'н вести атаку в США придумали давно: москаляку на гіляку, а потім хохла в говно!». У меня возник даже вопрос к Зеленскому: «А вы, актёр, человек с высшим юридическим образованием, не пытались хотя бы поинтересоваться происхождением этого выражения?». Но ненависть им застилает мозг и души, поэтому сегодня мы видим весь этот ужас на Украине.
Только сейчас я понимаю, что те, кого я многие годы считал друзьями – вовсе не друзья. Со многими отношения порваны. Их так называемые либеральные взгляды и ценности не состыковываются с моими. Последний разговор состоялся по поводу удара «Точкой-У» по вокзалу в Краматорске, когда мне пытались доказать, что это русские, но уже через несколько часов появились чёткие доказательства, что это не так. Мне грустно стало за своих теперь уже бывших друзей. Но это для меня хороший жизненный урок.
На протяжении 8 лет мы наблюдаем настоящий геноцид, а сейчас начались массовые обстрелы. Сейчас это желание помочь стало сильнее, чем в 2014 году. Моя позиция укрепилась, и я уверен, что принял правильное решение. Я иду не по тому, что хочу кому-то что-то доказать, я иду по зову сердца, оно мне подсказывает, что так правильно, так должно быть!
Хочу сказать и о том, что мои родители сначала стали отговаривать, но потом, когда я сказал, что это они воспитали во мне этот дух патриотизма, что благодаря им я стал человеком, который не хочет быть в стороне от боли, которую испытывают простые люди, и именно благодаря этому воспитанию я хочу сам лично туда поехать, они согласились, приняли.
На самом деле, хотя у меня медицинское образование, я готов не только в госпитале работать или больнице, я готов просто помогать людям, оказавшимся в ситуации выживания на Украине. Я готов работать и на передовой, и в тылу, везде, где может пригодиться моя помощь. И я понимаю, что везде есть свои нюансы, но мне не важно, где, важно – что я делаю. Важно, что я могу помочь людям!
И вот в одной из социальных групп я списался с человеком, спросил, нужны ли добровольцы, прежде всего медики. И получил ответ – да, нужны, медиков не хватает, и нужна любая помощь. Я попросил дать контакты. Он мне прислал перечень документов, которые я должен предоставить, и дал ссылку, по которой всё это отправить.
Безусловно, многие скажут, что я мог списаться с фейковым лицом. Но группа, в которой я нашёл контакты, создана в 2014 году, я в ней со многими общался давно и до сих пор поддерживаю тесные взаимоотношения со многими из них, в том числе с теми, кто уже уехал добровольцем на Донбасс. У меня есть знакомые, которые на Донбассе уже с 2014 года и даже уже обзавелись там семьями. Я знаю, что этот человек проверенный. Я написал на ту почту, которую он мне предоставил. Он ответил, что мои документы переданы в Донецк. 28 марта я написал, 31-го он мне ответил. Жду отклика из Донецка.
Сейчас, в отличие от 2014 года, в Ростов-на-Дону уезжают уже группами по 15-20 человек. Один из ребят, с которыми я списывался, уезжал в начале марта в составе группы из 18 человек. Там были ребята из Москвы, Ярославля и Рязани. В Донецке их распределили, кто и где будет служить. Пока ребята были в Ростове-на-Дону, с ними знакомились, выясняли, кто какими навыками владеет.
Я до сих пор на связи с теми, кто уже уехал в Донецк. Они рассказывают, кстати, всё то же самое, что нам показывают по телевизору. Сейчас они находятся под Авдеевкой в составе Народной милиции, ситуация непростая, потому что ВСУ реально бьют не по военным объектам, а по гражданским, то есть военные воюют не с военными, а с гражданскими. И то, что говорят на Западе – ложь. Ложь – что русские ведут себя жестоко по отношению к гражданскому населению, ложь – что российские солдаты и милиция ДНР издеваются над пленными.
Я знаю, что еду не на курорт. Но это мой выбор. Да, я сейчас живу полноценной мирной жизнью, но мой выбор – поступиться своими удобствами, чтобы то, что сейчас происходит на Украине не переросло во что-то большее, более страшное, чтобы в мой дом не пришла война. Я уверен, что мне это надо, я – за мир, мир везде, и ради удобств и радостей мирной жизни завтра я готов лишиться удобств сейчас. А потом вернусь к мирной жизни, которую я так люблю!
И ещё раз. Для меня принципиален вопрос правды, а сейчас правда в том, что на Донбассе происходит геноцид русского народа, полноценный и полномасштабный. Я не делю людей на украинцев, белорусов, русских. Считаю, что мы все – один народ, и победу в Великой Отечественной войне одержали не русские, украинцы или любой другой отдельно взятый народ, победу одержал народ страны, многонациональный народ! Победу против фашизма!»
ХРОНОЛОГИЯ ДОБРОВОЛЬЧЕСКОГО ДВИЖЕНИЯ
Десятки тысяч россиян рвутся на Донбасс, чтобы помочь в выполнении спецоперации. Добровольцы приходят в военкоматы во всех регионах страны. Просят отправить их в помощь нашим военнослужащим или записать в резерв. Военкомы им ещё раз объясняют: в спецоперации участвуют только специально подготовленные бойцы.
Но желание российских ребят (в основном, судя по имеющейся в открытом доступе информации, средний возраст добровольцев — от 25 до 35 лет. – Л.В.) настолько огромно, что на самых разных уровнях начали прорабатывать этот вопрос, чтобы не допустить попадания на Донбасс случайных людей во избежание бессмысленных жертв ещё и со стороны добровольцев. При этом в Сети много самой разной информации о том, кто и как может принять участие в СВО. В том числе, фейковой.
В рамках информационной войны часто можно увидеть и в соцсетях и в мессенджерах фейковые объявления, некий пропагандистский вброс. Например, что якобы в российских военкоматах стали появляться объявления о наборе граждан для несения комендантской службы на территории Украины. Рассматриваются кандидаты в возрасте от 41 до 55 лет. Такие сообщения распространяют украинские телеграм-каналы. На самом деле в Вооружённых силах РФ не заключают трудовых договоров (и тем более не занимаются расчётами в долларах). Заключением контрактов для прохождения службы в ВС РФ занимаются не военкоматы, а пункты отбора на контрактную службу. Задача военного комиссариата — не отбирать добровольцев, а вести учёт граждан, подлежащих призыву, и находящихся в запасе, отмечает телеграм-канал «Война с фейками».
Или вброс, опять-таки украинских телеграм-каналов, такого рода: «Россия набирает добровольцев для участия в спецоперации на Украине среди дворников и плательщиков коммунальных услуг»…
Понятно, что информационная война набирает обороты, Буча, Краматорск – лишь небольшая часть ужасной дезинформации, которой пичкают людей по всему миру. Но мы все прекрасно понимаем, что практически любой факт поддаётся проверке, и рано или поздно и за дезинформацию, и за то, что в реальности делается, организаторам трагедий придётся ответить.
А пока постараемся установить хронологию проработки самой возможности участия добровольцев из России в антитеррористической спецоперации на Украине.
Итак, 6 марта Владимир Путин сказал: «В этой операции принимают участие только профессиональные военные. Офицеры и контрактники. Призывников нет ни одного. И мы не планируем это делать. И не собираемся. Повторяю ещё раз, в этой операции принимают участие только мужчины, которые добровольно сделали для себя очень ответственный выбор в жизни — защищать Родину. Что касается добровольцев и тех молодых людей, которые приходят в военкоматы, мы благодарны им за этот патриотический порыв и желание поддержать страну, поддержать Вооружённые силы. Но вот, наверное, сам факт того, что они приходят, уже имеет значение. Но их помощь пока не требуется. И уверен, и не потребуется. Но вот обращаюсь в камеру, они увидят и услышат, что я сейчас говорю: спасибо».
11 марта президент России Владимир Путин согласился с идеей привлечения добровольцев на Украину. «Если вы видите, что есть люди, которые хотят на добровольной основе, тем более не за деньги, приехать и оказать помощь людям, проживающим на Донбассе, — ну что же, надо пойти им навстречу и помочь им перебраться в зону боевых действий», — сказал он на совещании с постоянными членами Совбеза. Правда, речь шла о добровольцах-иностранцах, от которых на тот момент поступило около 20 тысяч заявок.
25 марта экс-депутат Верховной рады Олег Царёв, который участвует в спецоперации на Украине вместе с российскими войсками, в телеграм-канале написал: «Решение по добровольцам принято! Добровольцы правдами и неправдами узнают мой номер телефона, звонят и спрашивают, как им можно поехать добровольцами на Украину. Наконец, могу ответить на этот вопрос. Вопрос решён!!! Все желающие могут обратиться в военкомат по месту жительства. Команды и инструкции уже спущены на места. Вас ждут!»
Информацию подтвердил военный эксперт Владимир Орлов. «Команда для работы с добровольцами спущена на военкоматы. Именно военные комиссары будут в регионах заниматься формирование списков добровольцев и их направлением в пункты приёма личного состава», – написал он.
31 марта специальный корреспондент ВГТРК Александр Сладков сообщил, что российские военкоматы начали набор добровольцев с последующей их отправкой на Украину для участия в спецоперации.
НУЖНЫ ВОЛОНТЁРЫ РАБОЧИХ СПЕЦИАЛЬНОСТЕЙ ДЛЯ ВОССТАНОВЛЕНИЯ РЕГИОНА
Председатель Союза добровольцев Донбасса (СДД) Александр Бородай уже занят мобилизацией.
«Добровольцы нужны. Они сильно помогут нашему делу. Людей не хватает. Нужны те, кто мог бы выполнять комендантские функции, осуществлять вооружённую охрану объектов на освобождённых территориях. Да и для штурмовых отрядов на передовой люди тоже понадобятся. Я недавно был в народных республиках, а сейчас нахожусь в Ростове и как раз формирую отряд», – сказал Александр Бородай в интервью «Свободной прессе».
Как сообщила в интервью FLB.ru пресс-секретарь Союза добровольцев Донбасса Мария Коледа, «в среднем к нам в СДД обращается более 300 человек в день. И это сейчас, когда поток стал меньше, чем после объявления специальной военной операции. Не все из них реально едут. Обращаются многие с желанием помочь в восстановлении городов, инфраструктуры, передать или привезти гуманитарную помощь, помочь вывезти людей, развести гумпомощь, ухаживать за людьми, помочь в уходе за животными и т.д.».
300 человек в день – это только в СДД!
Ещё раз напомню, что в России нет мобилизации! Это – добровольцы! Через военкоматы берут добровольцами только мужчин от 30 до 40 лет с боевым опытом.
Полковник в отставке и военный обозреватель Виктор Литовкин рассказал News.ru, что для России набор добровольцев — новая практика, которая раньше не применялась. По его словам, направлять таких желающих могут по разным направлениям: как для формирования администраций взятых населённых пунктов, так и непосредственно для участия в боевых действиях. В то же время кто угодно на службу попасть не может, уверен эксперт.
В Северной Осетии, например, формируется батальон добровольцев для участия в специальной военной операции на Украине. Набор проходит на базе ДОСААФ. О, этом СМИ рассказал депутат парламента республики Борис Кантемиров.
«Есть возможность для людей, которые хотят поехать туда, чтобы они были не сами по себе, а имели официальный статус. У нас есть такой механизм, который позволит привести все это под контроль, чтобы все было правильно, без стихийности и в организационной форме. При этом наличие военной службы за плечами у добровольцев - не обязательное условие. Мы понимаем, что сегодня далеко не у всех есть военные билеты», - сказал Кантемиров.
Руководитель частного военного консалтинга «РСБ-Групп» Олег Криницын, напротив, уверен, что на военную операцию идут лучшие. По его словам, этих людей не интересуют деньги, они хотят «идти и воевать, бороться с националистами, фашистами». Эксперт рассказал News.ru, что хотя его компания и не занимается отправкой бойцов на Украину, в организацию регулярно поступают звонки желающих. Он подчеркнул, что компания готова поработать на этом направлении.
«Сегодня туда идёт золотой генофонд. Именно на этих людях будет строиться основа России», — заявил он. Добровольцы на территории Украины, отметил Криницын, обеспечивают безопасность гражданских лиц.
Партия «Единая Россия» направляет на Донбасс волонтёров рабочих специальностей для восстановления региона. Сейчас там очень нужны строители, дорожные рабочие, электрики. Ранее партия открыла набор добровольцев-медиков для помощи в регионе. Известно, что уже сейчас там работают более 3500 волонтёров «Молодой гвардии Единой России», движения «Мы вместе», «Волонтёрской роты Боевого Братства» и других молодёжных организаций по разным специальностям. Добровольцы решают бытовые вопросы беженцев, разгружают и распределяют гуманитарную помощь, оказывают моральную поддержку.
Иногда, правда, бывают случаи, когда ребята сами, по своей инициативе собираются ехать на Донбасс, о чем свидетельствует это видео:
Но надо понимать, что на данный момент на Украине на передовой находятся только высокопрофессиональные военные и врачи с опытом, а в тылу – волонтёры и добровольцы, которые проходят отбор. Так что, чтобы стать добровольцем, лучше всего подать документы в те общественные организации, которые непосредственно занимаются решение вопроса.
Союз Добровольцев Донбасса, например, предлагает обращаться в штаб СДД и даёт информацию о необходимых документах и контактах.
Тема начата, но она будет,
безусловно, иметь продолжение.
