Как убрали «президента Ичкерии» Аслана Масхадова
8 марта 2005 года в селении Толстой-Юрт Грозненского района Чечни в ходе спецоперации был уничтожен один из лидеров террористов Аслан Масхадов.
«Либеральный» террорист
Масхадов — один из самых известных командиров чеченских боевиков. Полковник советской армии, с отличием закончивший Ленинградскую военно-артиллерийскую академию им. Калинина, он подал в отставку после прихода в Чечне в 1992 году к власти Джохара Дудаева и быстро стал одним из его главных приспешников.
Сначала он руководил операциями против антидудаевской оппозиции, затем в первую чеченскую войну руководил операциями против федеральных сил, в том числе разработал план обороны Грозного. После гибели Дудаева он стал новым президентом самопровозглашенной Ичкерии.
Масхадов считается причастным практически ко всем крупным терактам времен чеченских войн. Перед захватом заложников в Центре на Дубровке на спектакле «Норд-Ост» в 2002 году именно он анонсировал готовящуюся боевиками «исключительную операцию».
Тогда в ходе освобождения погибло 130 заложников. Об участии Масхадова в подготовке этой акции прямо говорил один из террористов, участвовавших в захвате, в интервью азербайджанской газете «Зеркало».
Считают Масхадова причастным и к самой ужасной трагедии — Беслану. Хотя во время страшных сентябрьских событий 2004 года были сообщения, что якобы Масхадов был готов под гарантией личной неприкосновенности прилететь в Беслан и освободить заложников, он этого так и не сделал. А позднее в ходе следствия выяснилось, что он был одним из заказчиков этого теракта.
До суда над собой, впрочем, Масхадов не дожил.
Ликвидация
Ликвидировали главаря боевиков в его логове — в подземном бункере под домом дальних родственников в селе Толстой-Юрт 8 марта 2005 года, спустя семь месяцев после Беслана. Как именно его удалось обнаружить, остается тайной, однако спецслужбы позднее отчитались, что награда в $10 млн за сведения о лидере бандитов была выплачена до последней копейки.
Убежище террориста окружили силы ФСБ. Боевики начали отстреливаться, и тогда спецназ привел в действие взрывное устройство.
От ударной волны Масхадов получил травмы, несовместимые с жизнью, и вскоре скончался.
Впрочем, гибель его была овеяна тайной. Смертельное ранение, как выяснилось позднее, он получил из пистолета своего племянника и телохранителя Висхана Хаджимуратова. На суде Хаджимуратов (он был взят живым) много темнил — то говорил, что оружие выстрелило случайно, чуть ли не от взрывной волны, то признавался, что добил дядю якобы по его просьбе, «чтобы над ним не издевались, как над Саддамом Хуссейном».
Глава Чечни Рамзан Кадыров рассказал, что Масхадов был убит благодаря утечке информации, которую намеренно допустил главарь бандформирований Шамиль Басаев. По его словам, лидеры Ичкерии и главари вооруженных группировок никогда не ставили цель создать государство. Они находились под влиянием разных зарубежных сил, поэтому любыми способами стремились устранить друг друга и разрушить Чечню, заявил Кадыров.
Тело Масхадова было доставлено в Москву на опознание. Место его захоронения засекречено. Всех участников операции по ликвидации террориста Владимир Путин поручил главе ФСБ Николаю Патрушеву представить к госнаградам.
Могут ли террористы быть невиновными?
Показательно, что после смерти Масхадова на российские власти посыпался вал обвинений чуть ли не в убийстве. «Убийство Аслана Масхадова не просто преступление, но также политическая глупость и большая ошибка», — заявил официальный представитель МИД Польши Александр Ческо.
В Совете Европы выразили неудвольствие, что Масхадов был убит, а не задержан и доставлен под суд, дабы он мог «ответить на все обвинения, выдвинутые против него». А лидер партии «Яблоко» Григорий Явлинский заявил, что после гибели террориста может начаться «серьезное обострение».
Такой пиетет к его фигуре, особенно со стороны российской оппозиции, видимо, был связан с тем, что либералы долго пытались найти среди одиозных чеченских сепаратистов хоть одно человеческое лицо, считал лично знавший лидера боевиков генерал-полковник Геннадий Трошев. «Они считали его той политической фигурой, с которой вполне можно иметь дело без особого ущерба для своей репутации», — говорил он позже.
До сих пор оппозиционные деятели вспоминают «готовность» Масхадова прилететь на переговоры для освобождения заложников в Беслане и обвиняют власти, что они не пошли на это. Кстати, сам Масхадов переложил ответственность за смерть заложников на силовиков — дескать, террористы не думали, что «Путин и его генералы отдадут приказ стрелять в малолетних детей».
Эти тезисы были подхвачены либеральными СМИ. Особенно цинично эти обвинения звучат в адрес бойцов спецназа, своими жизнями заплативших за спасение заложников в Беслане. Простая мысль о том, что жертв бы не было, если бы террористы не захватывали детей, в голову либеральным политикам, кажется, не пришла.
Абсолютное зло
Однако позиция властей, что с террористами нельзя вести переговоров, выработана не на пустом месте, а на очень печальном опыте. Ведь именно теракт в Буденновске, когда требования боевиков были выполнены, стал предтечей и «Норд-Оста», и Беслана, и целого ряда других захватов заложников, потому боевики поняли, что с помощью терактов они могут добиваться своих целей.
За каждым действием спецслужб во время терактов стоит кровавый опыт. И если власти накладывают ограничения на работу СМИ во время спецопераций, то это не из-за желания «скрыть правду», а для того, чтобы не дать боевикам наблюдать за действиями силовиков в прямом эфире по телевизору, как это было во время «Норд-Оста».
Но главное, что нужно знать о терроризме — это то, что это абсолютное зло. Никакие политические и социальные проблемы не могут оправдать убийства людей.
Почему-то никто из политических лидеров не требовал вести переговоры с Осамой Бен Ладеном, инициатором терактов 11 сентября 2001 года (более 3000 только погибших). Никто из западных политиков не заступался за Сёко Асахару, по чьему приказу в токийском метро была устроена зариновая атака (более 6 тысяч погибших и пострадавших).
Кстати, скоро — 20 марта — исполнится 25 лет со дня этого крупнейшего теракта в истории Японии. И та, и другая трагедия стали одними из самых черных страниц в истории борьбы с терроризмом, превратившимся на рубеже XX-XXI веков в главное мировое зло.
И сегодня уместно вспомнить лаконичное мнение бывшего сенатора Михаила Маргелова о ликвидации Масхадова: «С террористами переговоров не ведут. Собаке — собачья смерть». Единственный способ победить терроризм — это максимальное объединение усилий против него.
К слову, воздушное пиратство практически прекратилось, когда все государства перестали принимать угонщиков. Напротив, «Аль-Каида» и ИГИЛ (запрещенные в РФ) зародились и окрепли там, где в политических целях происходило оправдание насилия и террора.
В России за последние годы в сфере противодействия террору была проделана огромная работа. Первый закон «О борьбе с терроризмом» 1998 г. учёл печальный опыт Буденновска и впервые серьезно ограничил переговоры с террористами. Пришедший ему на смену закон 2006 г. «О противодействии терроризму» включил в себя многие аспекты превентивной работы, в т. ч. и путём закрытия используемых террористами пробелов в регулировании интернета.
Если граждане не всегда осведомлены об антитеррористических действиях властей, то это ещё не означает, что ничего не делается. Как говорят эксперты, полного раскрытия информации в такой деликатной области быть не может: по оперативным соображениям — чтобы не «засветить» агентуру, например; чтобы не «подсказывать» потенциальным террористам возможные методы действий; чтобы не нарушать хрупкое равновесие в сознании психически неустойчивых людей и т. п.
Да, ради предотвращения терактов иногда приходится жертвовать комфортом законопослушных граждан и ограничивать их права. Но эти ограничения в конечном итоге дают нормальным людям больше прав, прежде всего — базовое право на жизнь.
