В этот день, 13 лет назад, 7 апреля 2009 года, в Хамовническом суде Москвы государственное обвинение начало оглашать обвинительное заключение по уголовному делу №18/432766-07. Ранее судимых Михаила Ходорковского и Платона Лебедева обвиняли «в совершении хищения путём присвоения в особо крупном размере по ч.4 ст.160 УК РФ и легализации (отмывании) денежных средств, приобретенных в результате совершения ими преступления в особо крупном размере по ч.4 ст.174.1 УК РФ.

(См. «Осуществляли преступную деятельность в нефтяном комплексе страны…»)

В рамках данного уголовного дела Генпрокуратура РФ обвиняла Ходорковского и Лебедева в легализации 450 миллиардов рублей и 7,5 миллиарда долларов, совершенных в период с 1998 по 2004 годы. Преступные эпизоды деятельности руководства НК «Юкос» были связаны с хищением акций, принадлежащих государству, а также с присвоением нефти и легализацией средств, вырученных от её продажи.

Однако прежде чем перейти к непосредственно инкриминируемым Ходорковскому и Лебедеву эпизодам преступной деятельности, была оглашена вводная часть документа, с описанием организованной группы, в составе которой совершались преступные действия.

Прокурор Валерий Лахтин напомнил суду обстоятельства уголовного дела и обвинительного приговора Мещанского суда Москвы, вынесенного в отношении Ходорковского и Лебедева в мае 2005 года, в котором фигурировали различные махинации подсудимых с акциями АО «Апатит», а так же преступления, связанные с уклонением от уплаты налогов.

«В процессе совершения новых преступлений - хищения путем присвоения и легализации имущества, добытого преступным путём, Ходорковский, Лебедев и другие члены организованной группы использовали те же способы совершения преступлений от имени подставных коммерческих организаций, зарегистрированных по заказу и за счёт денежных средств, принадлежащих участникам группы как на территории РФ, так и за рубежом», - цитировали государственного обвинителя информационные агентства, избегая конкретики.

В результате через прессу создавалось впечатление неких общих и размытых претензий «самой прозрачной» компании и её баронам-грабителям. Однако в материалах уголовного дела всё было представлено предельно ясно. Для понимания разницы восприятия приведём один фрагмент из дела.

ОФШОРНАЯ ГЕОГРАФИЯ СКВАЖИННЫХ ЖУЛИКОВ

«Организованная группа, возглавляемая Ходорковским при совершении новых преступлений продолжала пользоваться услугами международной холдинговой секретарской компании «Valmet Group Limited» (Бермуды) (прежнее наименование - «Riggs Valmet»), которая имела филиалы в Швейцарии - «Valmet S.A.» (Женева), острове Мэн - «Valmet Isle of Man Limited» (г.Дуглас), Нидерландах - «Valmet Trust Management B.V.» (г.Роттердам), Гибралтаре, Испании, на Кипре, Маврикии, Сейшельских островах.

Указанная секретарская компания предоставила Ходорковскому и действующим совместно с ним лицам компании, зарегистрированные в офшорных юрисдикциях, и услуги номинальных директоров и управляющих счетами в банках по их инструкциям. Кроме того, совладельцы и директоры группы компании «Valmet» Питер Бонд, Кристиан Мишель и Кристофер Самуэльсон предоставили Ходорковскому компанию «Jamblick Limited», зарегистрированную на острове Мэн, которая использовалась ими в качестве холдинговой и управляющей для других компаний, и другие компании».

(См. «История расцвета и похорон фирмы Jamblick Limited с острова Мэн. «Из документов, полученных по запросу о правовой помощи из Великобритании, следует, что действительно 15 июля 1991 г. Ходорковский, Невзлин, Брудно и Дубов назначены директорами компании «Jamblick Limited». Это была схема обмана американских акционеров Юкоса»)

При переходе государственного обвинителя к описанию ОПГ Ходорковского и Лебедева, моментально всплыла фамилия сбежавшего в Израиль Леонида Невзлина, в 2008 году признанного виновным в серии заказных убийств и покушений «в интересах Юкоса» и приговоренного к пожизненному заключению.

(См. «Кровавый прайс-лист Невзлина Л.Б.» и «Киллер сдал Невзлина и указал на Ходорковского»)

В связи с этим обвинение сочло нужным указать, что Михаил Ходорковский поручал Леониду Невзлину нейтрализовывать конкурентов. По данным следствия, Невзлин в составе организованной группы выполнял возложенную на него роль куратора юридического оформления махинаций, «фиктивных гражданско-правовых сделок с ценными бумагами» при аферах с акциями. Кроме того, - отмечало следствие, -

«Невзлин по поручению Ходорковского, должен был обеспечить нейтрализацию противодействия конкурентов по бизнесу, а также возможных претензий со стороны контролирующих и иных органов власти, голосование членов советов директоров и акционеров акционерных обществ, задействованных в сделках. Этой части плана действий Невзлина Ходорковский дал условное определение: «Обеспечить политическую составляющую» - сказано в материалах дела.

(См. «Мосгорсуд начал изучать преступную деятельность Невзлина»)

В рамках обеспечения этой «политической составляющей», как выяснилось в судах, бандиты из Волгограда и Тамбова, действовавшие по указанию Леонида Невзлина и Алексея Пичугина совершали свои кровавые преступления.

И ДРУГИЕ УЧАСТНИКИ ГРУППЫ

Помимо члена ОПГ Невзлина, в преступной группе фигурировали имена целого ряда лиц, которые сбежали и были объявлены в розыск, либо их дела разбирали отдельно, или прекращены.

Например, согласно обвинительному заключению, на Василия Шахновского как председателя правления ЗАО «Роспром» была «возложена обязанность по склонению подчинённых ему сотрудников на подписание документов».

На юристов из правового управления Василия Алексаняна и Дмитрия Гололобова – юридическое оформление документов и сделок.

А Рамиль Бурганов - управляющий делами ЗАО «Юкос ЭП» как член совета директоров ОАО «Томскнефть» был призван обеспечить принятие советом директоров решений в интересах организованной группы и подписание документов по незаконным сделкам с акциями и имуществом». Однако их роль и место с правовой точки зрения в рамках судебного процесса не рассматривались, поскольку уголовное дело касалось только двух жуликов - Лебедева и Ходорковского.

В этот день, 5 апреля 2005 года, в Мещанском суде Москвы в ходе прений сторон адвокаты главы МФО «Менатеп» Платона Лебедева на протяжении восьми часов убеждали суд, что обвинения, выдвинутые против их доверителя Лебедева, являются «беспардонным враньём». Однако острословие защитников произвело впечатление только на прессу. Яркие суждения, ловкие риторические приёмы и навыки причудливой интерпретации материалов дела, - мечта журналиста, создающего репортаж из зала суда, где рассматривается уголовное дело по скучным «экономическим» статьям УК, в которых финансовая экспертиза и документы, договора, выписки, протоколы собраний, горы отчётов с цифрами, в которые и вникать-то времени нет. И тут на сцене появляются ораторы и говорят: всё, что собрано в качестве доказательств «беспардонное вранье». Репортаж с «опровержением обвинений» готов.

(См. «Ходорковскому вручили 200 томов уголовного дела»)

На самом деле пять часов адвокаты угробили на то, чтобы рассказать, что в эпизоде обвинения, связанному с захватом 20% акций АО «Апатит», Платон Лебедев ни к чему «такому» отношения не имел, что, АОЗТ «Волна», связанное с банком «Менатеп», полностью оплатило номинальную стоимость акций «Апатита» в 1994 году, когда проводился инвестиционный конкурс.

«То обстоятельство, что «Волна» так и не перечислила «Апатиту» обязательные по инвестпрограмме денежные средства, по словам адвоката, не имеет отношения к деятельности господина Лебедева» - вещал адвокат Тимофей Гриднев, «разбивая» эпизод с «Волной», несмотря на совокупность собранных доказательств и свидетельств преступных схем Лебедева и Ходорковского.

(См. «Лебединая формула. Платон Лебедев обвиняется в совершении преступлений, предусмотренных ч.4 ст. 159 УК РФ, ч. 3 ст. 33 ст. 315 УК РФ, п. «а» ч. 3 ст. 165 УК РФ, ч.4 ст.160 УК РФ, ч.3 ст.33 п.п. «а», «б» ч.2 ст. 199 УК РФ, ч. 4 ст.159 УК РФ, ч.2 ст.198 УК РФ»)

Из материалов дела: «Платежи были фиктивными»:

«16 августа 1995 года в г. Москве Лебедев, Ходорковский, Крайнов и другие члены организованной группы через своих представителей представили в Арбитражный суд г. Москвы платежные поручения № 20 от 10 августа 1995 г. на сумму 250 млрд. неденоминированных рублей и № 22 от 11 августа 1995 г. на сумму 229 244 382 726 неденоминированных рублей о перечислении указанных сумм со спецсчета АОЗТ «Волна» в банке «Менатеп» на расчётный счёт ОАО «Апатит» в этом же банке в счёт вложения инвестиций. Однако указанные платежи были фиктивными, т.к. в те же дни названные суммы были снова возвращены на указанный спецсчёт АОЗТ «Волна».

АФЕРЫ ПОД КОНТРОЛЕМ ХОДОРКОВСКОГО И ЛЕБЕДЕВА

Второй адвокат Лебедева, - Константин Ривкин, - назвал «беспардонным враньем» утверждение обвинения о том, что господин Лебедев был причастен к деятельности компаний-нефтетрейдеров, продававших нефть Юкоса и зарегистрированных в ЗАТО городе Лесной Свердловской области. Чтобы почтенная публика не задавала лишних вопросов, защитник, откопав некую ошибку в суммах, отпускал остроты в адрес «лобачевских в погонах».

Однако суду весёлые словесные упражнения оказались неинтересны - суд смотрел в материалы дела и оценивал доказательную базу. А она прямо указывала - «ЗАО «Юкос-РМ», будучи подконтрольной Ходорковскому М.Б. и Лебедеву П.Л. компанией, принимала участие в определении характера деятельности ООО «Митра», ООО «Форест-Ойл», ООО «Вальд-Ойл» и ООО «Бизнес-Ойл». И далее, после изучения документов о деятельности этих фирм, документов за подписью Лебедева, который по версии защиты «не имел отношения к деятельности компаний-нефтетрейдеров», «суд приходит к выводу о том, что назначение данных обществ было не в осуществлении уставной деятельности, а в обеспечении для подсудимых возможности получения дополнительного дохода за счёт незаконного использования льгот по налогам и сборам на территории ЗАТО».

«ДОБРОСОВЕСТНЫЕ» ЖУЛИКИ С ОСТРОВА МЭН

Ещё одной бесполезной темой в прениях стали попытки развалить обвинения, связанные с неуплатой налогов подсудимых миллиардеров из Юкоса, в качестве физических лиц. Тот же Константин Ривкин пытался доказать «добросовестность» налоговых жуликов рассказом о том, что, например, Лебедев хороший банковский специалист, словно его кто-то обвинял в том, что он плохой банковский специалист.

(См. «Налоговая механика «физика» Ходорковского»)

Проблема Лебедева и Ходорковского по эпизоду с налогами физлиц состояла из двух частей. Первая - категорический отказ подсудимых привести в суд хотя бы одного реального клиента, получившего у них «консультации». А вторая – в обвинительном приговоре Мещанского суда Москвы от 2004 года, по аналогичному эпизоду в отношении Василия Шахновского.

(См. «Налогонеплательщика Шахновского заняли делом» и «Василий Шахновский вспомнил о налогах»)

Офшорная схема ухода от налогов через офшор «Status Service Limited» (о. Мэн), изначально была чревата уголовной статьёй всем миллиардерам из числа «основных акционеров» самой «прозрачной» компании – все они сидели на «консультациях», но клиентов или «не помнили» или категорически отказывались называть. Финал дела известен – «ни к чему не причастные» Ходорковский и Лебедев были признаны виновными и были отправлены в исправительные учреждения - отбывать наказание. Громкие заявления и острые риторические приёмы адвокатов, похоже, оказались не слишком удачной линией защиты. Во всяком случае на суд они впечатления не произвели.

АДВОКАТЫ «СКВАЖИННЫХ» РАЗБОЙНИКОВ И «НЕДОСТАЧА НЕФТИ»

А пять лет спустя, 5 апреля 2010 года, а Хамовническом суде Москвы, целая бригада адвокатов принялась «доказывать невиновность» в Ходорковского и Лебедева по второму уголовному делу. Адвокаты, решив, что они на уличном митинге, сравнили гособвинителей «с организованной группой исполнителей политического заказа» («политический заказ» не смог установить даже ЕСПЧ).

«Ни один из свидетелей, допрошенных за это время, не сказал, что где-то была обнаружена хоть какая-то недостача. Таких доказательств нам представлено не было вообще, – заявила адвокат Платона Лебедева Елена Липцер.

И в этот же день стало ясно – все обвинения судом будут легко доказаны. Тем более, что никто не предъявлял Лебедеву и Ходорковскому «недостачу нефти». Напротив, в материалах дела указано, что юридический способ хищения, путём юридического переоформления товара при проверке не покажет «недостачу» продукции – она вся, де-юре похищенная, де факто будет в наличии», - пишет Prigovor.ru