| Ложь во благо? Заблуждения о прививках |
| 23.11.16 15:56 |
|
Привился – значит вооружен! С одной стороны, мы знаем, что, не сделай Эдвард Дженнер своего замечательного открытия, свирепая оспа бушевала бы по миру до сих пор. Однако есть мнение (и оно подтверждается фактами), что оспенные прививки извели чуть ли не больше населения, чем сама оспа, и, кроме того, как только в 70-х годах ХХ века ее стерли с лица земли, появился СПИД (эти и подобные им рассуждения можно свободно найти на просторах интернета). И как в этой ситуации отделить зерна от плевел, когда на кону стоит здоровье ребенка?! Анна Ремиш — главный редактор журнала для родителей Happy People решила проанализировать самые популярные заблуждения о прививках, как у тех, кто «за», так и у выступающих «против». История вакцинации насчитывает не одну сотню лет: люди достаточно давно научились «прививать» скот и красавиц для гаремов. И хотя современная массовая вакцинация молода — ей меньше 100 лет — этого хватило, чтобы практически полностью извести полиомиелит (согласно ВОЗ, в мире осталось всего 2 страны, эпидемиологически опасных в плане «дикого» вируса), держать под контролем корь и краснуху и даже сделать вызов раку. Правда, не будем забывать, что прививки не дают пожизненную гарантию и обычно действуют 5–10 (максимум 20–25) лет. Поэтому, если вы не делаете ревакцинации, то просто переходите из одной группы риска в другую. И именно это мы сейчас наблюдаем, просматривая статистику: так называемые «детские» болезни — корь, коклюш, паротит, ветрянка — начинают подкашивать взрослых, пусть немногих, но они переносят их тяжелее, чем в детском возрасте. Кроме того, существует еще проблема невосприимчивости человека к прививкам. Поэтому с вакцинацией все не так однозначно, как хочется думать. Недавно в журнале EBioMedicine были опубликованы результаты масштабного исследования общественного мнения, которое проходило в 67 странах и охватило более 65 000 человек. Его целью было выяснить, доверяют ли люди вакцинации. Лидерами стали Франция (41% не доверяет прививкам) и Босния с Герцеговиной (36%). Результат России немного скромнее — 28% опрошенных не испытывают доверия к профилактическим прививкам. Но это все равно почти вдвое выше общемирового показателя (12%). Устраивает ли это сторонников прививок? Конечно, нет. Попытки «образумить» недоверчивых оппонентов предпринимаются постоянно. Вот некоторые из них. 1. «В России так много туберкулеза — просто беда». Сюда же добавим ситуацию, о которой лучше вообще не думать: «Вы представьте, что по улице прошел туберкулезный больной, а за ним — мамочка с коляской!» Конечно, последний аргумент бьет прямиком в цель: от испуга многие уже не идут, а бегут прививать своим детям БЦЖ. Однако на самом деле… цитата из документа ВОЗ: «Вакцина БЦЖ обладает доказанным защитным деи?ствием в отношении туберкулезного менингита и диссеминированного туберкулеза среди детеи?. Она не предотвращает первичного инфицирования и, что более важно, не предотвращает реактивацию латентнои? легочнои? инфекции, являющеи?ся основным источником бациллярного распространения туберкулеза среди населения»[1]. То есть БЦЖ не только не предотвращает заболевание (и именно поэтому ежегодно всем детям положено проходить диагностику туберкулеза), но и не предотвращает циркуляцию возбудителя (на что, в общем-то, и нацелены многие программы вакцинации). По идее, эту прививку должны ставить только в странах, где высок процент заболеваемости туберкулезным менингитом, потому что это поможет снизить смертность. Но почему ее до сих пор прививают в России, где процент осложнений от самой вакцины гораздо выше заболеваемости вышеупомянутыми недугами, — большой вопрос. Что же касается возможностей «мамы с коляской» подхватить туберкулез во внешней среде, то, по статистике, заболевает от 25 до 90 человек на сто тысяч (это — сотые доли одного процента), при том — вы только подумайте: около 90% являются носителями микробактерии (и вышеупомянутая мама может быть в их числе)[2]. Есть предположение, что человек обладает врожденным иммунитетом к этой инфекции. А вот искусственное занесение в организм возбудителя может сыграть роль заражения. «В свете современных сведений о биологии туберкулезной палочки (живучести ее L-форм), ее выживаемость и активация со временем в организме ослабленного человека, совсем не кажется невероятной. Есть исследования на животных и наблюдения на людях, говорящие о том, что прививочный штамм БЦЖ трансформируется в его L-формы и уже никогда не покидает организм (…) поддерживает аллергию и иммунитет. В таких случаях ревакцинация играет роль реинфекции», — предупреждает нас кандидат медицинских наук Яковлева Г.П. [3]. 2. «А вы знаете, какая была смертность до введения прививок?» Имеется в виду, что как только мы узнаем, сразу ахнем от ужаса. Да уж, ахнем… И как же тут не ахнуть, когда графики стойко демонстрируют, что показатели смертности и прививок друг с другом не коррелируют [4]. Возьмем, к примеру, коклюш. Средние показатели смертности от этой инфекции в Соединенном Королевстве в 1861–70 годy находились на уровне 50,6–54,5 человек на 100 000 населения, а к 1924–27 году упали до 11,8 человек на 100 000 (не забываем, что эра антибиотиков началась значительно позже: в 1943 году). При этом эпидемии-то продолжались, а массовая противококлюшная вакцинация началась лишь во второй половине 40-х годов ХХ века. Та же самая картина наблюдалась и в СССР: «За период 1935—1940 гг. (…): общая cредняя летальноcть от коклюша (…) cоcтавляла 3,6% (…) Показатель cмертноcти в предвоенные годы в Cоветcком Cоюзе от коклюша равнялcя 1, для cравнения, при cкарлатине (вакцины нет — АР) — 3,9» [5]. Мало того, известно, что противококлюшная иммунизация «не cмогла обеcпечить должного уровня коллективного иммунитета и предупредить периодичеcкий подъем заболеваемоcти в 1965–1966 годах. Так, по данным Кузнецовой Л.C., в Моcкве в эпидемичеcкий процеcc были вовлечены дети вcех возраcтов, из которых более 80% были привиты против коклюша» [5]. И даже сегодня заболеваемость еще достаточно высока: по данным Роспотребнадзора в 2015 году она «увеличилась по сравнению с 2014 годом на 35,3% и составила 4,42 на 100 тыс. населения» (в цифрах это выглядит так: всего зарегистрировано 6447 случаев заболевания коклюшем, в том числе у детей до 17 лет — 6225). Однако почему же начала снижаться смертность? В случае с этим заболеванием, приходится признать, что повышение уровня медицинского обслуживания, улучшение питания и санитарно-гигиенических условий сыграли значительную роль. Но как только наступила война и ситуация катастрофически ухучшилась, смертность сразу же возросла: «Во время Великой Отечеcтвенной войны на территории CCCР летальноcть в 1941—1943 гг. доcтигала 10%, а в Ленинграде, в дни его блокады — 62,6%» [5]. 3. Продолжаем с коклюшем: «вакцинация защищает младенцев до 6 месяцев, которым коклюш может быть смертельно опасен» Вроде бы логично. Но, во-первых, первые две прививки делают в 2 и в 3 месяца, что далеко не всегда обеспечивает необходимую защиту. Во-вторых, эффективность противококлюшного компонента цельноклеточной АКДС оценивается в огромном интервале 35–95%, а бесклеточной — 80–85%[*]. Мало того, привитый иммунитет далеко не всегда предохраняет от заболевания, что, соответственно, не может предотвратить и циркуляцию возбудителя во внешней среде. Кстати, последнее больше касается наиболее безопасной — бесклеточной — вакцины, привитые которой прекрасно переболевают коклюшем бессимптомно, являясь разносчиками заразы. И кто страдает? Правильно: неиммунные взрослые (вы давно прививали коклюш?) и младенцы. И именно поэтому сейчас начинается (а в некоторых странах уже идет полным ходом) массовая противококлюшная иммунизация беременных. 4. «Эпидемический паротит (свинка) — ключ к мужскому бесплодию» Звучит как приговор. Но подумайте сами: если бы каждое заболевание свинкой приводило к бесплодию, то человечество уже давно бы вымерло. Факт: в бесплодии виновата не сама свинка, а ее осложнение — орхит (воспаление яичек) и то, если его не лечить. Он же, в свою очередь, угрожает здоровью отнюдь не в младенчестве[**], а как раз в тот момент, когда действие прививки уже заканчивается, — подросткам и взрослым («паротит осложняется развитием орхита у 20–35% мужчин постпубертатного возраста» [6]). Но и у этих 20–35% вероятность полного бесплодия невелика, так как для этого необходимо, чтобы не функционировали оба яичка, что случается крайне редко (природа все-таки заботится о нас). И напоследок, из тривакцины корь-краснуха-паротит именно паротитный компонет прививается хуже всего: «Как показали исследования, проведенные сотрудниками НИИ вирусных препаратов РАМН в ряде детских коллективов Москвы и в других районах страны, — сетует профессор, доктор медицинских наук И. Бирко, — около 40% детей дошкольного и младшего школьного возраста не имели антител к вирусу эпидемического паротита и, таким образом, были подвержены значительному риску развития этого заболевания. То, что у большой части детей после иммунизации определенными вакцинами не развивается иммунитет против паротита, может объясняться излишней аттенуацией (ослаблением — АР) штамма вируса паротита в вакцине» [7]. 5. «Вакцина против ВПЧ защищает от рака» Неужели есть прививка от рака?! Увы, это не совсем так. Вакцина призвана защитить лишь от вируса папилломы человека, который при совокупности неблагоприятных факторов может сильно увеличить риск развития онкологии шейки матки. Причем, в вакцину включены всего 4 типа этого вируса — 6, 11, 16 и 18 (два последних самые опасные — при заболевании их выявляют с частотой 50% и 10% соответственно). При этом высокий онкогенный риск несут также 31, 33, 35, 45, 66… всего около 20 типов[8] и вакцины против них в данный момент не существует. Мало того, пока неизвестно, как долго сохраняется привитый иммунитет. Согласно инструкции, «защита от раковых заболеваний половых органов (…) сохранялась не менее 54 месяцев после завершенного курса вакцинации»[9]. То есть около 5 лет. 6. «Гепатит можно подцепить везде, вплоть до профилактического осмотра у стоматолога!» Чертовски страшно. Учитывая, что заразность гепатита B превышает ВИЧ в 100 раз! Вирус гепатита передается только через кровь при использовании нестерильных инструментов (чаще всего при употреблении наркотиков), во время родов, при незащищенном сексе или при переливании крови. Однако, как это ни странно, в группу риска по гепатиту младенцы не входят, зато в ней находятся подростки. Поэтому в некоторых странах (например, в Великобритании) эта прививка не является обязательной для новорожденных, а показана лишь детям гепатит-положительных матерей или живущим бок о бок с больными этим вирусом. Почему же тогда ее ставят малышам? Честно говоря, я не верю в объяснение, что прививают всех подряд для того, чтобы защитить ребенка, если вдруг мать незадолго до родов подхватит эту заразу (дело в том, что в этом случае вводится ускоренная схема иммунизации, кроме того, первая прививка обычно дополняется введением донорского иммуноглобулина[10], иначе возможно развитие заболевания у новорожденного). Так что, думаю, все гораздо проще: производитель обещает 20-ти летнюю защиту и для массового охвата эффективнее привить младенцев (так как будет привито большинство), нежели, чем пытаться охватить неблагонадежных подростков. 7. «Если в вашей группе детского сада кого-нибудь привьют „живой“ вакциной против полиомиелита, вас ждет 60-ти дневный карантин!» Прививаться из-за прививки? Ну это уже слишком! Кроме того, карантин обычно заменяют переводом в другую группу, либо (если администрация сада разрешит) заявлением родителей, что они оставляют ребенка в группе «под свою ответственность». Резюме. Конечно, всегда легче напугать (и, как мы увидим дальше, те, кто против прививок, тоже частенько прибегают к этому «аргументу»), чем честно рассказать что к чему. Однако за последние 5 лет произошел, не побоюсь этого слова, мегапрорыв, и педиатры все громче и громче заявляют о том, что «слишком уж много прививок у новорожденных, а мы ничего не знаем о состоянии их здоровья» и, ну надо же! «ветрянка, краснуха и даже корь и паротит (свинка), если ребенок в целом здоров — это детские инфекции, которыми в детском возрасте болеют вполне благополучно[***]» [11]. Кто мог представить это еще 15 лет назад? Ну что ж, заглянем теперь по другую сторону баррикад, к противникам вакцинации.
Прививки вредят вашему здоровью!1. «Врачи не прививают своих детей» Неужели медики обладают каким-то тайным знанием, которое явно не в пользу вакцинации, и предпочитают не подвергать таким рискам своих малышей? Чем гадать, может у них и спросить? Семейный врач, кардиолог Ольга Поликина согласилась приоткрыть завесу тайны: «Я сама и все мои знакомые коллеги прививают своих детей по расширенному календарю, включая прививки от гриппа (ведь у врачей увеличивается риск если не подхватить, так «принести» возбудитель). Не прививают только те, у кого есть абсолютные противопоказания. Врачи, как никто другой, знают о том, что современные вакцины эффективны и, в целом, безопасны. Конечно, мы обладаем «тайным знанием» (куда же без него?), но это скорее информация о производителях и об иммуногенности вакцин. То есть я могу более придирчиво выбирать производителя, если у меня есть возможность выбора, конечно. Однако мы всегда делимся такими «секретоми» с нашими пациентами». От себя добавлю, что большинство врачей и микробиологов, с которыми мне приходилось общаться, обеими руками за прививки. Так как одни в режиме реального времени наблюдают за жизнью микроорганизмов, а вторые — за последствиями этой жинедеятельности. 2. «Непривитые дети редко болеют» Логика здесь следующая: прививки настолько сильно вмешиваются в иммунную систему ребенка, что он утрачивает способность противостоять инфекциям. То есть предполагается, что у непривитых детей уже в три года во всю работает иммунные механизмы защищая их. Однако это не так. Иммунная система неплохо изучена, и мы знаем, что дети рождаются с достаточно незрелой иммунной защитой (но это не означает, что её вообще нет: просто она слабее и действует несколько иначе, чем у взрослого), поэтому они и получают материнские иммунные комплексы через грудное молоко, причем не до полугода, как принято считать, а постоянно на протяжении всего периода лактации. В первые два года у детей активно развиваются органы иммунной системы (миндалины, лимфатические узлы, селезенка). Лишь на втором году созревает способность переключения выработки иммуноглобулинов с IgM (иммуноглобулины первичного ответа) на IgG (иммуноглобулины памяти). Но и в этом возрасте защитные механизмы еще недостаточно эффективны, из-за чего у многих сохраняется высокая восприимчивость к инфекциям. И только к 4–6 годам иммунологические параметры большинства детей уже близки к уровню взрослых, хотя и на этом становление иммунной системы не заканчивается (не забываем о перестройке организма в период полового созревания)[12]. Теперь поговорим, зачем (почему, думаю, уже понятно) дети болеют. Дело в том, что иммунитет не ограничивается только врожденными механизмами и микрофлорой (хотя и это уже немало). К счастью, природа решила, что приобретенная защита намного эффективнее. То есть, когда ребенок (да и взрослый) болеет, в большинстве случаев он нарабатывает свой собственный иммунный щит, который будет «служить» ему всю жизнь. Вы никогда не задумывались, почему большинство взрослых болеет меньше, чем дети? Именно: у них уже есть антитела памяти ко многим заболеваниям, и чем их больше, тем меньше человек подвержен сезонным «простудам». Поэтому редко болеть в детстве не всегда хорошо. В общем, нет особой разницы в прививочном статусе болеющих детей. Они болеют из-за того, что должны это делать, иначе останутся без должной защиты. Другое дело, что привитые могут болеть тяжелее и/или дольше своих непривитых ровесников (некоторые многодетные мамы отмечают такой факт), но серьезных статистических доказательств этого нет, и мое личное мнение, часто болеет ребенок в саду или нет — достаточно индивидуальный параметр: бывают как слабые непривитые, так и очень сильные привитые. 3. «За прививками водится такой грешок: они могут активировать дремлющие болезненные гены (…) Если бы вы не привились, никакой болезни/осложнений не было бы» Однозначно: прививки калечат детей! Однако, предположим, что нет прививок, зато есть коклюш или корь. Как раз иммунная нагрузка что надо. Что бы говорили в этом случае? В это трудно поверить, но: «Заболевание активировало не те гены, и началась болезнь». Вы чувствуете, куда теперь сместился акцент? То есть, любая сильная иммунная нагрузка, будь то вакцинация или естественное заболевание, при определенных условиях способны «активировать дремлющие негативные гены» или вызвать осложнение. Естественный отбор — жестокая штука. Сегодня человечество нашло способ обходить его, но у всего есть цена, и взамен мы получаем более слабое потомство. Так что никто не гарантирует, что последствия болезней (мы сейчас говорим об осложнениях и «спусковом крючке» нежелательных механизмов) были бы меньше того, что сейчас наблюдается вследствие вакцинации. 4. «Вакцина против гепатита В содержит пекарские дрожжи, и не простые, а генетически модифицированные!» Складывается впечатление, что производитель специально включил в состав ГМО, и не простое, а в виде дрожжей, которые, как известно, могут расти… Боже, какой ужас! На самом деле все гораздо прозаичнее. Существуют так называемые рекомбинантные вакцины, которые производят генно-инженерным путем (кстати, считается, что они самые безопасные). «Вирус, вызывающий инфекцию, состоит из оболочки и внутренней молекулы ДНК или РНК. В этой молекуле есть участок (ген), отвечающий за синтез части (молекул) оболочки вируса. (…) Этот ген вшивают в пищевые дрожжи (…), и на поверхности дрожжей синтезируется участок, похожий по своему строению на участок оболочки вируса». Потом этот участок вырезают и делают из него вакцину. То есть «рекомбинантная вакцина — это кусочки оболочки дрожжей, похожие на оболочку вируса. Если их ввести в организм человека, то его иммунная система синтезирует антитела (…), которые будут защищать (…) и от похожей оболочки вируса, т. е. от конкретной вирусной инфекции. Следовательно, рекомбинантная вакцина совсем не содержит возбудителя инфекции, не содержит ни вирусных, ни дрожжевых генов и не может встраиваться в генный аппарат клетки человека» [13]. 5. «Прививки вызывают аутизм» Никто точно не знает, почему возникает это нарушение развития. Но факт в том, что аутизм не является исключительно заболеванием привитых (на этом, в общем-то, можно было бы и закончить обсуждение данного пункта). Тем не менее, эту тему постоянно окружают скандалы, и стоит одному исследователю «доказать» связь аутизма и прививок, другой обнаруживает, что первый подтасовывал факты, а третий обвиняет второго в сокрытии части доказательств. Есть предположение, что тяжелые металлы, накапливаясь в организме, могут влиять на развитие такого рода нарушений. Однако что станет решающим фактором — прививки, рыба или лекарства, которые принимала мама во время беременности, — достоверно неизвестно. 6. «Каждая прививка, сделанная вашему ребенку, приносит прибыль фармкомпаниям, и их не волнует его дальнейшая судьба, пока капают деньги»
Разработка препарата начинается с изучения возбудителя и экспериментов на животных. Далее ученые колдуют над оптимальным химическим составом, после чего начинаются клинические испытания. Сначала их проводят на небольшом количестве добровольцев (на этой стадии определяют оптимальную дозу, иммуногенность и безопасность вакцины). Потом приходит время более масштабных испытаний на большем количестве «подопытных» (1000–10 000 человек). Если препарат успешно проходит и этот этап, он может претендовать на лицензию. Для справки, в далеком 1995 году из 190 вакцин, которые разрабатывались в США, лицензию получили всего 5 препаратов [14, 15]. В среднем, разработка и клинические испытания одной вакцины могут обойтись производителю в сумму от полумиллиарда до миллиарда долларов, плюс, добавьте сюда расходы на массовое производство, маркетинг, дистрибьюцию и лицензирование в других странах. Не забудьте еще и про конкуренцию между производителями… Как видите, все это может влететь «в копеечку», и всегда есть риск, что препарат не окупится. Поэтому фармкомпании не спешат браться за выпуск очередной вакцины. Например, в 2014 году крупнейшие мировые фармацевты GlaxoSmithKline, Sanofi, Merck и Pfizer заявили, что не станут разрабатывать вакцину против вируса Эбола, так как заболевание очень редкое, и затраты вряд ли вернутся[16]. Теперь о мнимом «их не волнует дальнейшая судьба вацинируемых». Дело в том, что уже после выхода препарата на рынок за ним продолжают наблюдать (не только специалисты производителя, но и надзорные органы (в США этим занимается FDA)), чтобы полностью убедиться в его безопасности и эффективности и/или же выявить редкие осложнения и зафиксировать их (эти данные потом изучаются, что помогает избежать подобных «эффектов» в будущем)). 7. «Ни одна прививка не гарантирует защиту от заболевания, против которого она делается» И часто в качестве доказательства ссылаются на Письмо Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека от 27.06.05 N 0100/4853-05-32 «Об итогах проведения массовой иммунизации населения Российской Федерации против дифтерии в 2004 году»: «Как и в предыдущие годы, среди заболевших преобладают привитые. Процент привитых заболевших взрослых составил 68,4%, детей — 83,2%». Впечатляет? А теперь посмотрим, что пишут дальше: «В 2004 году эпидемическая ситуация по дифтерии в стране оставалась стабильной, показатель заболеваемости составил 0,36 на 100 000 населения (0,47 — в 2003 году). Заболело дифтерией 515 человек, в том числе 178 детей, 37 подростков и 300 взрослых»[17]. Думаю, цифры говорят сами за себя. Вообще, если посмотреть на статистику, сразу становится ясно кто, примерно сколько и чем болеет. Хотим мы признавать или нет, но многие болезни, входящие в календарь прививок, встречаются все реже и реже (оценивать этот факт мы сейчас не будем). Это к вопросу, работает ли иммунизация. Тогда почему же нет гарантий защиты? Факт в том, что вакцина может «пройти мимо» определенного процента людей даже после полного курса прививок («официальная» цифра колеблется в пределах 10–15%), то есть у них не образуется защитных антител или их титр будет ниже необходимого уровня. Однако фокус в том, что у остальных 85% вакцина-то привьется, и это большинство будет защищать неиммунных[****]. Такое явление называется «коллективным иммунитетом», и во многом именно за счет него сегодня у родителей есть возможность выбирать и раздумывать, делать или не делать профилактические прививки своему ребенку. Резюме: сами видите, что и в этом лагере не приходится рассчитывать на объективность. И в итоге, в головах многих людей царит путаница с прививочным вопросом: привитые боятся непривитых, непривитые боятся привитых гриппозной вакциной и «капельками» против полиомиелита… Так кто же несет ответственность за вашего ребенка — тетя в белом халате или неизвестный автор, которого вы никогда в глаза не видели? Конечно, нет. Ответственность за принятое решение лежит на плечах родителей. Не будьте легковерны и не позволяйте себя одурачить, даже если поначалу кажется, что все звучит вполне логично, — проверяйте (сегодня это не так сложно сделать). Ведь вы никогда не знаете, какие соображения руководят теми, кто пытается повлиять на ваше решение. Главный редактор журнала для родителей Happy People Анна Ремиш Библиография:
[*] Длительность защиты обеих прививок в среднем 4-5 максимум 7 лет. [**] По данным Роспотребнадзора, в 2015 году эпидемическийпаротит был зарегистрирован у 193 человек, из которых было всего 93 ребенка до 14 лет. То есть более половины заболевших — взрослые с увеличивающимся риском бесплодия. [***] Пунктуация изменена автором статьи. [****]Не относится к коклюшу (см. пункт 3 первой части), к столбняку (он не передается от человека к человеку, являлся очень редким заболеванием, плюс, вакцина вырабатывает иммунитет к токсину, а не к возбудителю), к дифтерии (иммунитет, так же как и в случае со столбняком, вырабатывается не к возбудителю, а к токсину, выделяемому им), к гепатиту (вакцинация была введена не так давно) и к туберкулезу (см. пункт 1 первой части). |
Не иначе как бессердечные фармацевты, для которых нет ничего святого, травят детей и выручают за это несметные миллиарды… Почему бы и нет? Тем более, если посмотреть на шикарные резиденции фармацевтических гигантов и уровень их выручки от продажи вакцин. Но прежде, чем считать чужие деньги, давайте грубо прикинем, что такое разработка вакцины. Весь процесс от идеи до инъекции — это годы исследований, экспериментов и большой работы весьма высокооплачиваемых специалистов. При этом каждый этап может закончится провалом, и тогда с затраченными деньгами можно будет распрощаться.